Это удивительный город. Когда-то он был одним из самых знаковых на пути из центральной России через Урал в малоизведанную тогда Сибирь, фактически последним оплотом цивилизации. Однако в последние столетия торговые пути изменились и пошли по местам с более мягким климатом и менее горным рельефом, и город стал дряхлеть, превратившись в глухую уральскую провинцию, которую, однако, выгодно отличает красавица-река и даже свой небольшой кремль. И мало кто знает, что когда-то через Верхотурье ехал в свою ссылку протопоп Аввакум, а незадолго до этого здесь просиял еще один праведник по имени Симеон.
По новому пути
Верхотурье было девятым городом для ссыльного протопопа Аввакума на пути из Москвы, но еще далеко не последним. Позади уже оставались Переяславль-Залесский, Ярославль, Вологда, Тотьма, Устюг Великий, Соль Вычегодская, Кайгород, Соль Камская, откуда его везли по новому и весьма удобному для той поры пути.
Это была знаменитая в то время Бабиновская дорога (тракт), открытая в 1597 году Артемием Бабиновым и сыгравшая впоследствии важнейшую роль в освоении Сибири. По ней в азиатскую часть мчались чиновники с царскими указами, везли деньги, почту, по ней же ехали послы и участники научных экспедиций, а потом крестьяне из Прикамья ехали искать для себя свободные земли.
«Конец земли русской»
Аввакум был здесь в 1652 году — еще 15 сентября (в день царского помилования, когда по личному решению Алексея Михайловича Аввакума не стали лишать сана) он был в Московском Кремле, а уже в начале зимы оказался в Верхотурье. О нем в книге Пьера Паскаля «Протопоп Аввакум и начало раскола» мы читаем: «Верхотурье было городом, где проходила граница между собственно Русью и ее колониальными владениями. Там были таможня, провиантские склады, гарнизон. То был конец земли русской и христианской, первая крепость в башкирской и татарской землях: за ними начинался громадный материк, поприще недавних побед, где русские деревни представляли собой только островки, где церкви встречались редко, а священники еще реже».
Прикоснуться к знаковой истории
…Живописный город, ставший в последние годы символом возрождения Северного Урала после десятилетий нравственного упадка и бездуховности, теперь встречает туристов открыточными видами. Да такими, что, увидев однажды эти снимки, так и хочется приехать сюда лично. Вдохнуть чистого таежного воздуха, не оскверненного никакими производствами, полюбоваться безмятежным течением красавицы-Туры (левый приток Тобола в бассейне Иртыша) и в буквальном смысле прикоснуться к знаковой истории государства Российского.
Город жил, гудел, торговал
Ее богатство в Верхотурье сложно переоценить. Находясь на одной прямой с пермской Солью Камской (нынешний Соликамск) и тюменским Тобольском, город был не просто «каким-то проезжим», который ничего о себе не оставлял в памяти. Это был крупный торговый центр на берегах судоходной Туры и на пути Бабиновской дороги, соединявшей между собой всю страну в границах конца XVI-XVIII веков.
Действительно: Верхотурье было сложно миновать при движении в восточную часть страны (впрочем, в равной степени с востока на запад и в обратном направлении). И потому город жил, гудел, торговал, встречая и провожая чиновников, которые ехали по важным государственным делам, торговцев, подгадывающих свои поездки под время года, когда река пригодна для прохождения судов, а дорога — без чрезмерных снежных наметов.
Отец Аввакум продолжал проповедовать
Таким и встретило протопопа Аввакума Верхотурье. Сюда, на Северный Урал, как и в соседний Тобольск, вести о церковном расколе докатывались дольше. Впрочем, из-за пришлых из центра страны людей, жители уже знали о трагическом происшествии в Русской Церкви, поэтому ссыльный страдалец за истинную веру не ощутил здесь сколь-нибудь иного к себе отношения (чего не скажешь о следующем на его пути Тобольске, где протопоп задержался надолго, стал настоятелем храма и уверенно возвещал о древлеправославии). Однако он продолжал твердо проповедовать, понимая, что должен привлекать внимание к вере, которая почему-то вдруг перестала быть для жителей Руси своей.
История зачищена добела!
Аввакум не задержался в Верхотурье надолго — по крайней мере, общедоступные данные об этом ничего не говорят. Но о его здесь пребывании мы знаем из некоторых литературно-исторических источников, а вот в музеях старинного города никакой информации об этом нет. И в этом ничего удивительного, ведь в том же Тобольске о длительной жизни и церковнослужении во граде сем ревнителя древнего благочестия тоже рассказывать не принято — все вычищено добела! Можно лишь предположить, что Аввакум со своими спутниками — из Москвы он выехал со всей семьей: супругой Анастасией Марковной, детьми Иваном, Агриппиной, Прокофием и последышком, десятидневным Корнилием, а также с племянницей Мариной; сопровождали их казаки Иродион Иванов из Енисейска и Иван Степанов из Тюмени — пробыли здесь недолго. Возможно, передохнули день-другой, но может только ограничились ночевкой и двинулись дальше — вскоре путь их уже пролегал через Туринский Острог и Тюмень к Тобольску.
Друг-воевода и второй приезд в Верхотурье
Впрочем, это был не единственный раз, когда ссыльный протопоп был в Верхотурье. Второй раз, во время возвращения из своей сибирской ссылки, отец Аввакум пробыл здесь, скорее всего, немного дольше. По свидетельству старообрядческого писателя и историка Виктора Осипова, тот останавливался у некоего воеводы Ивана Богдановича Камынина, который тепло принимал опального старообрядца и с которым имел очень дружеские отношения (протопоп Аввакум сам называл воеводу другом!). Об этом, в частности, он пишет в первой главе книги «В Боровеск, на мое Отечество, на место мученное», подготовленной в соавторстве с Вячеславом Черниковым. Камынин придет на помощь Аввакуму позже, в Калуге — Осипов наглядно описывает это в своей книге.
Аввакум и Симеон
Кстати, за десять лет до первого приезда сюда протопопа Аввакума в окрестностях Верхотурья скончался местный праведник Симеон — он не был ярким оратором и, конечно, не мог ничего знать о грядущем расколе, и слава о нем на тот исторический период еще не разошлась по стране, поэтому протопоп-ревнитель старой веры вряд ли слышал о нем. А если и знал, то попросту не имел времени, чтобы помянуть скромного подвижника и побывать на месте его кончины. Впрочем, этому препятствовала бы и погода — зимы на Урале суровые, снега выпадает столько, что вправо-влево от «большака» ни за что не уйти. Однако много позже о Симеоне в Верхотурье и окрестностях заговорили активно, тогда как о пребывании здесь протопопа Аввакума, пусть и краткосрочном, не говорится нигде. Единственное, что символом его мученичества и непоколебимой веры в этих места стал памятник, установленный совсем недавно в 400 километрах (по прямой, по автотрассе — более 800 км) отсюда, все в том же Тобольске, где увековечиванием подвига и славы «упертого старообрядца» занялся бизнесмен, далекий (хотя… далекий ли?) в своих убеждениях от старой веры.
| Автор(ы): | Максим Гусев |
|---|---|
| Медиа: | Максим Гусев |