Тобольская жизнь протопопа Аввакума: мы побывали там, где к ссыльному страдальцу отнеслись по-людски

На литургии, которые служил Аввакум, собиралось немало людей. Он был уже изгнан из Центральной России, как ярый раскольник, но здесь, в Тобольске, куда царские указы и требования доходили не сразу, ему было куда спокойнее. Спустя три с половиной века корреспондент «Старообрядцев» побывал там, где опальный протопоп больше года был настоятелем.

«Священство у него не отнято»

Я в Тобольске — в городе, который в наши дни привлекает тысячи туристов со всей страны. Но 350 лет назад мало кого можно было заманить в эту сибирскую глушь, хотя город в те времена и был на слуху, благодаря выгодному местоположению на пути из центра к восточным рубежам России. Тогда приезжали сюда только по рабочей надобности или в изгнание. Протопоп Аввакум, проживший здесь полтора года, фактически начал отбывать тут свою ссылку. Впрочем, весьма неплохо — настоятелем храма (по другим данным — собора), которым назначил его здешний епископ, уже успевший, однако, согласиться с новшествами патриарха Никона, но искренне сочувствовавший отцу Аввакуму Петрову — по духу он был ему куда ближе…

Зимой мне уже приходилось тут бывать, но тогда в лютый мороз спокойно осмотреть и прочувствовать этот город было сложно. Да и каменный собор, построенный фактически на месте того деревянного, в котором ссыльный за крепость веры протопоп был настоятелем, стоял тогда на реставрации, хотя мне так хотелось побывать внутри, осмотреть иконы, часть из которых, возможно, еще помнт самого известного мученика за старую веру, ощутить дух той незабвенной старины далекой. И как только выдалась возможность побывать здесь летом, я устремился в Тобольск.

…А Аввакум прибыл сюда зимой, на исходе 1652 года, незадолго до Рожества Христова с грамотой от государя: «Священство у него, Аввакума, не отнято». По данным французского исследователя биографии протопопа Пьера Паскаля, «для Аввакума в Тобольске продолжался в общем счастливый период его московской жизни» (здесь и далее цитируется по книге «Протопоп Аввакум и начала раскола»): местный архиепископ Симеон чувствовал себя духовно одиноким в этом краю ссыльных и безбожных, в целом, людей, поэтому горячего в своей вере протопопа встретил с искренним радушием.

— В Тобольске приставили меня к церкви служить, — напишет позже в своем «Житии» Аввакум.

Это был в те годы кафедральный Вознесенский собор Кремля, где под началом ссыльного, но для многих по-прежнему авторитетного пастыря, «был по меньшей мере один священник, один дьякон, один чтец и один пономарь».

Верить, как хочется, не возбранялось

Паскаль пишет об Аввакуме в Тобольске: «Когда он торжественно совершал богослужение в роскошном облачении, то можно было только любоваться его стройной фигурой аскета и благолепием его движений и речей; когда же он проходил по улицам с высоким посохом с позолоченными яблоками, ношение которого ему впоследствии поставят в укор, то он должен был внушать благоговейное почтение бесчисленным нарушителям своего христианского долга, обитавшим в Тобольске — этом губительном Вавилоне».

Опальный в центральной России протопоп, органично влился в тобольскую жизнь, являя собой пример серьезного священника, который с пониманием относился к людским слабостям. В то же время он уверенно обличал пороки, которые здесь водились в обилии, подавая пример личного аскетизма…

Мне сразу повезло попасть в аутентичную атмосферу XVII века, из-за разгара съемок фильма по книге Алексея Иванова «Тобол». На площади были выстроены торговые ряды, местами разбросана солома – все выглядело так, как, наверное, и бывало здесь три века назад. Стояла жара, Кремль на солнце привлекал прохладой музеев и храмов. Был разгар рабочей недели, поэтому народу, праздно гуляющего по самой главной достопримечательности Тобольска, почти не было. Красная площадь откровенно пустовала. В Вознесенском соборе — в наши дни его уже не существует — много месяцев вместе со ссыльным Аввакумом молился и собирался на богослужения не успевший привыкнуть к новинам церковной реформы люд, а равно и те, кто о них и вовсе не слышал…

И хотя того храма нет, я представляю, как отец Аввакум служит литургию вместе с теми тоболяками, кто еще не успел или не пожелал смириться, как официальная Москва насаждает новую веру, ломая старую через колено, а всех несогласных или ссылает, или уничтожает на кострах. Здесь, вдали от царской власти, все было тогда проще – и до времени верить так, как хочется, и так, как научили отцы и деды, не возбранялось. Уже опальный протопоп стал еще активнее проповедовать. И как-то это сходило ему с рук, словно Сам Господь оберегал его от враждебных сил, напитывая уверенностью во время богослужений, которые Аввакум совершал трепетно и строго по букве дораскольного Устава.

Тобольск незаслуженно забыт

Однако напоминаний о присутствии здесь протопопа сегодня не найти. Официальная Церковь к Аввакуму относится равнодушно, если не сказать враждебно, информация о нем тщательно убрана из большинства путеводителей и из исторических справок самого Кремля, и Вознесенского собора, и мужского Знаменского монастыря, где жила тогда его семья. Но само его «Житие» содержит упоминания о присутствии протопопа с домочадцами в Тобольске, поэтому значимость этого города сегодня нам никак нельзя преуменьшать.

Мне жаль, что этот город, ставший для стойкого протопопа временной отдушиной перед предстоящими мучениями, незаслуженно забыт старообрядцами — не совершают они сюда паломничеств, не изучают эту часть биографии Аввакума и, в целом, той истории России, которая вершилась в этом небольшом сибирском городке. А ведь именно здесь Аввакум в последний раз дышал полной грудью: после служб, стоя на высоком берегу безмятежного Иртыша; во время встреч с людьми, которые слушали от него рассказы о том, как изменилась матушка Русь там, в далекой столице, или перед теми, кто откровенно насмехался над ним, иронизировал, подтрунивал, да и просто прогуливаясь по улицам, обдуваемым сибирскими ветрами.

И все было спокойно, но 27 июня 1655 года, как отмечает Паскаль, «из Москвы, от имени патриарха Никона, был получен приказ, в силу которого протопоп Вознесенского собора со своей женой и детьми должен был быть отправлен под сильной стражей в Якутск, чтобы жить там, с запретом выполнять священнослужение». По мнению исследователя, это был результат доноса одного из недоброжелателей, которого обличал Аввакум много месяцев. Деваться было некуда — через два дня Аввакум с семейством покинул Тобольск. В печальный день отъезда проводить его пришел только один человек: некий убогий Федор. Ранее он был одержим злым духом, но Аввакум не отвернулся от этого человека — держал при себе несколько месяцев и вылечил молитвами и уходом. Этот-то Федор, уже в здравом уме пришел проститься со своим духовным лекарем: низко поклонился протопопу, чтобы, как повествует Паскаль, «хотя бы немного порадовать его».

Но судьба еще раз забросит в Тобольск протопопа – в 1663 году. Он уже не будет служить, пробудет совсем недолго, повозмущается, как прочно укоренились тут никоновы новины, и вскоре навсегда оставит этот город…

Максим ГУСЕВ, Тобольск — Екатеринбург.