День, когда старообрядцы молятся за всех своих мучеников и исповедников ХХ века

Наступил исторически важный день, о котором помнят, к сожалению, далеко не все старообрядцы. Согласно постановлению одного из Освященных Соборов, через неделю после торжества Всех Святых православные христиане вспоминают и чтут всех священномучеников, мучеников и исповедников Российских, пострадавших в ХХ веке от репрессий, мучений, расстрелов, тюремных заключений и притеснений от безбожной советской власти. В роду у большинства староверов есть свои мученики или те, кто прямо или косвенно пострадал от лютой богоборческой власти. Мы же приведем здесь лишь несколько судеб, чей пример — это пример сотен и тысяч других людей.

Власть залезла в церковную кружку

Для старообрядцев слово «гонения» с первых лет раскола Русской Церкви было понятным. Но могли ли ожидать сторонники других конфессий, в том числе и так называемого «официального православия», что настанет время, когда и они станут мишенью власти? Все, без разбора пола и возраста, религиозных и политических предпочтений, угодили «под каток» советской власти.

Но первыми были люди верующие. В типично старообрядческих селениях — деревнях и поселках — именно им предстояло быть в числе тех первых, за счет кого самоутверждалась безбожная власть. Сначала страдали люди, потом приходил черед храмов, церковного убранства, денег. В истории со священником Иоанном Глушковым, например, именно финансы стали рычагом давления власти. Они следили за отчетами церковного бухгалтера по поступлению средств от прихожан, и как-то в родительскую субботу пришли, чтобы вскрыть церковную кружку для сбора средств. Насчитали в ней больше денег, чем в среднем после службы, не учитывая, что именно в родительские дни люди стремятся пожертвовать больше на помин душ своих родных. Это стало поводом для еще большего давления на настоятеля, а вскоре и на расправу с ним.

И не было территорий в многонациональной и многоконфессиональной стране, где бы репрессии в отношении простых людей были мягче или не применялись вовсе.

Кандидата во епископы уничтожили ночными допросами

Священники, иноки, миряне — участь страдальцев за веру не обошла никого. Верующих забирали под любыми предлогами, выбивая почву из под ног, а потом «добивали» пытками, ночными допросами так, что многие признавались в том, чего никогда не совершали, подписывали любые документы, лишь бы больше не терпеть обид, унижений, оскорблений, издевательств. Так было, к примеру, со старообрядческим священником Никифором Заплатиным — кандидатом во епископы, которого арестовали вместе с уставщицей храма в селе Пристань, где он служил, инокиней Акинфой Лыбиной. Матушке чудом удалось спастись из зловещих лап смерти, а пастырь добрый, промучившись несколько месяцев в тюрьме, поначалу отказываясь от вздорных обвинений (якобы, принимая исповедь, он настраивал паству на борьбу против советского режима), позже он подписал все, чего от него требовали. Иерей был отправлен в лагерь, где вскоре скончался и нашел свое вечное упокоение…

Трагедия с глубокими последствиями

Иной была судьба у священника Федора Никонова. Это был простой сельский батюшка, пользовавшийся большим уважением среди паствы, что никак не устраивало представителей сельсовета, искавших поводы для его дискредитации и опорочивания в глазах односельчан. Но священнику удавалось сохранять образ уверенного, честного и чистого в своих делах человека, находить поддержку и почтение у прихожан. В конце концов пастыря уничтожили, и как!

…Это произошло на осеннюю «Казанскую» — праздник явления чудотворной иконы Пресвятой Богородицы во граде Казани. После Литургии пастырь вышел на крыльцо храма, чтобы проводить прихожан. Те в последствии уверяли, что священник был в хорошем расположении духа, несмотря на то, что его обложили высоким налогом и притеснения от властей были чуть ли не ежедневными. Отец Федор поклоном провожал паству… Однако через каких-то полчаса его нашли повешенным под куполом храма — ни у кого из прихожан не было сомнений, чьих это рук дело, ведь сам священник совершить этого не мог.

Трагедия оказалась с глубокими последствиями. Судите сами: отец Федор стал последним настоятелем этого храма, последним священником своего села, найдя свой вечный покой на местном сельском старообрядческом кладбище. Вскоре снесена была и сама церковь…

«Природные суррогаты» спасли христиан от голода

Историй страданий древлеправославных христиан в лихие 30-40-50-е годы века минувшего множество. Но и те, кто избежал репрессий, не избежал вынужденных гонений и мучений. Люди оставались без крыш над головой, без средств к существованию, без запасов продуктов. Выживали, кто как мог. Матушка Мариамия — вдова ранее помянутого отца Федора — неоднократно была замечена на полях, где собирала перемороженную картошку, умоляя охранников разрешить ей взять найденное, чтобы прокормить детей. Овдовевшая в годы Великой Отечественной войны Ефросиния Кетова осталась одна с пятью детьми, двое из которых были совсем малютками. Чудом да помощью Божией подняла сыновей и дочку на ноги — только милостыня, которую подавали им люди, да «природные суррогаты» позволили жить дальше. Такие травы, как крапива и лебеда, пиканы да саранки для многих людей становились долгожданной сезонной радостью для выживающих людей.

Важный и знаковый день

Не все выкарабкались в те годы и десятилетия. Не все вошли в историю под своими именами, со своими жизненными сюжетами. Но и выжившие далеко не все хотели вспоминать совсем вроде бы недавнюю свою историю, историю страны. Но генная память у старообрядцев сильна. И потому этот день — важный, значимый и по-особенному знаковый, объединяет под сводами храмов и в мыслях молящихся сотни, даже тысячи человек, переживших и не сумевших сохранить жизнь в борьбе с государственной машиной по уничтожению невинных людей.

Мученикам и исповедникам, чьи имена сохраняются для истории, благодаря редким энтузиастам-исследователям архивов, поются в этот день полиелеос и величание. О мучениках помнят, их прославляют, за них молятся — просят для них Царствия Божия.