Церковь Христова: у одних вызывает страстную ненависть, для других — животворная и культивирующая сила

Вопрос о Церкви есть один из кардинальных вопросов христианской догматики. В настоящее время этот вопрос имеет особенное значение, силу, так сказать, жгучесть и решается он людьми самых различных воззрений на религию, человеческое спасение и другие пункты христианского богословия.

Многие из так называемых христиан, христиан по имени, не духу, настроению, не видят никакого смысла в существовании Церкви. Возникает естественная необходимость глубже вникнуть в идею Церкви, психологию последней, чтобы разобраться в массе столь несходных по характеру взглядов на Церковь и стать на твердую почву в своем отношении к ней. Быть равнодушным, безучастным в вопросах о Церкви постыдно и недостойно мыслящего человека. Церковь можно понимать в обширном смысле слова и в более узком. В первом случае, она есть общество всех разумных существ, т. е людей и ангелов, иначе говоря, в своем целом Церковь превышает границы видимости, границы земного человечества, ибо она обнимает и святых в раю, и грешников, и безграничное число небесных служителей- безплотных духов. В содержание этого определения Церкви входит в понятие и о душах тех, которые не родились, как это понимал наш русский мыслитель и яркий выразитель славянофильства – Хомяков. В ограниченном же, собственном или тесном значении слова – Церковь понимается, как общество последователей Христовых, в него верующих видящих в Нем источник своего спасения и допускающих полную возможность получить спасение это чрез данныя Им средства, т. е таинства. Необходимо оговориться в том, что понятие Церкви в его глубине не может быть исчерпано кратким определением. Нам предстоит показать неизбежность существования Церкви и высокий смысл ея и, таким образом, выяснить, как неправы те, которые ратуют против нея, признавая в существовании Церкви, как религиозного общества, имеющаго свой определенный характер и преследующаго известные цели, что-то нелепое, дикое и, по меньшей мере, излишнее.

Аристотель сказал, что человек сознает, чувствует, что он, как отдельная единица безсилен и что только  в единении многих единиц, таких, как он, многих личностей заключается сила. Иначе сказать, инстинкт самосохранения заставляет человека на всех ступенях его умственного и нравственнаго развития стремиться к образованию обществ, союзов.

И в религии, — этом изначальном, всеобщем явлении в человеческом мире, — человек не может оставаться одиноким. Из истории человеческой жизни мы знаем, что каждая религия постоянно имела и имеет в числе своих признаков и церковность – общественность. Религия есть дорогое и самое интимное достояние человека и поэтому он бережно хранит это сокровище от посторонних глаз, боясь неделикатного обращения с его драгоценностью, это с одной стороны; с другой же, человек и не может по самой своей природе совершенно изолироваться в своей религиозной жизни.

Каждый человек стремиться к общению с другими людьми, чтобы чрез это общение проверить свои религиозные  воззрения, чувствования и, благодаря этому же общению, укрепить их.

 Религиозные думы и чувствования, будучи разделены другими людьми, мне подобными, всегда становятся интенсивнее и чище, и благотворное влияние общение для религиозных запросов духа также издавна понималось или по крайней мере чувствовалось человеком. И здесь разгадка  построек представителями той или другой религииразличных молелен, храмов, где могли происходить собрания с религиозной целью. Итак, религия, являясь естественным проявлением человеческого духа, неизбежным стремлением конечнаго существа к соединению, общению с Абсолютным Существом, необходимо должна характеризоваться и церковностью. За это говорит и здравый смысл, и научные показания. Последователи всякой религии неизбежно мыслятся как одно целостное общество, как единая Церковь. Значит, Церковь, как общество человеческих личностей, живущих коллективною религиозною жизнью, есть самое естественное явление.

Теперь рассмотрим Церковь Христову, которая для некоторых является предметом страстной ненависти, а для других  — животворной и культивирующей человечество силой.

Пред пришествием в мир Спасителя историческое человечество жило разрозненною, эгоистической жизнью.

Языческий мир, пережив все лучшее, всю свою мудрость, все, что только мог создать своими естественными силами дух человеческий, неизбежно пришел к упадку, к нравственному извращению. Многие вдумчивые люди этого времени сознавали необходимость для человечества помощи свыше, иначе, казалось мыслителям, для одряхлевшего мира должна наступить окончательная духовная гибель. Не в лучшем состоянии было и иудейство. После вавилонского пленения евреи в религиозном отношении были строгие формалисты и только…

 В эту эпоху морального падения, измельчания человечества и страстного чаяния пришествия великаго царя и реформатора у язычников с одной стороны, а с другой стороны еще более интенсивного желания у избранного народа Божия видеть Мессию и родился Спаситель мира.

Он принял на Себя великую миссию изменить, преобразовать весь род человеческий, обновить вполне и навсегда весь мир в области мысли и воли, в религии и нравственности, в знании и деле, словом, во всех областях человеческой жизни. Человеку необходимо было указать новыя формы жизни. Задачу своей миссии Спаситель выполнил, основав свою Церковь, которая долженствовала обнять все концы мира. В своей первосвященнической молитве Спаситель просил Отца Своего: « да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино»…

Другими словами, Спаситель молился о том, чтобы все люди сделались настолько близки друг к другу, как один человек, чтобы они составили единое целостное общество, один организм, т. е. люди должны были стать на истинный путь жизни, с котораго они сбились, уклонились в сторону.

Грехопадение прародителей было первым шагом в этом уклонении. Необходимо было вернуть человечество на старую дорогу, указать человеку истинный смысл его жизни. Новое учение Спасителя поставило конечною целью жизни усовершенствование до уподобления Отцу Небесному, значит, требовало от человека громадных усилий, безконечных трудов.

Работая в стремлении к достижению указанного Спасителем идеала, каждый из Его последователей должен постоянно чувствовать свою малость, свое безсилие, его могло охватить отчаяние при тщетных усилиях реализовать в своей жизни данное Спасителем учение.

Спрашивается, где же христианин мог черпать себе силы для своего подкрепления, где он мог находить себе поддержку в трудном шествии к Богу, поврежденный грехом человек? Конечно, в обществе себе же подобных личностей, ведь работа многих в одном направлении бывает всегда легче, успешнее, чем единичная работа.

Таким образом, организация отдельных единиц в одно целое, во едину Церковь есть прямая необходимость для скорейшаго осуществления на земле данных Христом заветов. Сумма единичных энергий составляет в церкви одну великую энергию. Церковь Христова стремится к тому, чтобы как можно больше создать единодушия между своими членами, создать у них одно настроение, сгладить различия между индивидами и классами, чтобы чрез это легче достигать общими усилиями высшей цели – быть совершенными, как совершенен Отец Небесный. Греческому философу Платону мерещилось такое единое общество и в нем он видел высшее благо. Нечего бояться, что в Церкви может обезличиться человек, что здесь место для нивеллировки всего выдающегося, индивидуального, своеобразного. Надо различать толпу, где теряется отдельная личность, где исчезает и тонет гений, все поднимающееся над средним уровнем, и громадный комплект сознательных работников, одушевленных идеями высшаго порядка. Кстати, кажется пока еще никто не видел чего-либо в искусстве, которое также делает массу людей самаго различнаго психическаго склада одгим человеком; так в театре во время игры хорошего артиста публика живет одним чувством, есть единое по существу. А поэтому и единство людей, достигаемое в Церкви, имеет лишь положительную сторону.

 Вне церкви нет спасения – это можно понимать и в том смысле, что где нет единения, общения, духа любви, там узрим хаос, там господствует крайний индивидуализм, эгоизм, одиноко стоящих личностей, здесь не живет Бог…

 Идеалист Платон мечтал о водворении на земле мира и взаимного благожелательства между людьми. Такой строй жизни и может осуществить на земле Церковь Христова. В Церкви Христовой каждый ея член есть орган великаго тела, назначение этого органа – благо всего организма. Разсуждение Аристотеля о государстве вполне справедливо можно приложить к Церкви. Аристотель сравнивает государство с организмом и говорит, что части этого организма не могут достигать своего назначения вне целаго и что они получают свое удовлетворение, достигают полнаго и настоящего своего назначения, только благодаря целому, и что отдельныя части могут быть поняты только из идеи целого. Счастливое существование там, где нет обособленности, — так заканчивает свое разсуждение великий философ – энциклопедист Греции. В послании к ефесеянам, IV гл., 16 ст., читаем про Церковь, что последняя есть тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких, взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждаго члена, получает (тело) приращение для созидания самого себя в любви. Ясно, что Церковь Христова связующим элементом, так сказать, цементом для своих членов берет самое прекрасное, свободное начало – любовь. Иначе сказать, Церковь есть организвция любви и на этой почве и происходит созидание, раблта членов Церкви в великом процессе богоуподобления.

 В том же послании к ефесеянам читаем, 4 гл, 12-13 ст., что «созидание тела Христова, т.е. Церкви имеет своим назначением, чтобы мы все достигли «в соединении веры и познание Сына Божия, в мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова».

Понятно, что Церковь Христова есть единая и если бы не было живого, постоянного общения между отдельными личностями, группами, отдельными местными церквами, то самостоятельность отдельных ассоциаций вызвала бы индивидуальный характер у отдельных ассоциаций, последствием чего явилась бы неполнота, уклонение от широты идеала, — ведь в общении только и возможно восполнение одного другим.

Церковь едина во все мире в силу взаимной любви своих членов, несмотря на различие языков и народов. Церковь есть невеста Христова, носительница высших идеалов, полнейшаго разумения Христовой истины. Без существования на земле Церкви не может быть и царства Божия, которое есть завершение исторического прогресса, очага света и правды. В Церкви источник, начало этого царства. Только в Церкви мы обновляемся, как отдельные личности, так и целыя народности. После грехопадения явилась прямая необходимость Церкви, божественнаго учреждения, так как человек своими естественными и притом поврежденными силами не может достигать чего-либо положительного, а если и в силах, то путем многих ошибок и в слишком долгое время. Итак, психологическая сущность Церкви заключается в естественном тяготении людей друг к другу во всех проявлениях духовной природы, в том числе и в трансцендендетной стороне жизни или религиозной, это – одна сторона. С другой стороны, психологическая подпочва Церкви та, что она неизбежна, как божественный институт, для согрешившего и поврежденнаго этим  грехом человечества.  Таинства и являются живою водою для больного нашего духа. Тяготение одного человека к другому, к массе себе подобных не идет, как полает Штирнер, в разрез с сущностью жизни, напротив, это тяготение вполне согласно с человеческой природой. Больше того, оно есть условие самой жизни.

В Церкви, этом универсальном обществе, мы должны признать источник постоянно растущаго великодушия, постоянно растущаго единения чувств, интеллектов. Церковь воспитывает нас идеальной, вечной жизни. Церковь есть институт чисто нравственный. На почве любви все зиждется в Церкви, здесь происходит нравственное воздействие на внутреннюю жизнь человека, на его ум, сердце, волю. Церковь стремится к той цели, чтобы пересоздать внутренний мир человека. Как свободному союзу любви, Церкви чуждо все то, что дробит и рвет на части, ей неестевеннен племенный и классовый эгоизм. Церковь всех равнит и смиряет перед высшим и абсолютным началом, Богом.. Церковь есть идеальный союз. Будучи одним организмом, имея одни мысли, одно чувство, одну волю, одни планы, Церковь является  единством, что и дает ей удивительную устойчивость, мощь, так что и врата адовы не могут сокрушить ея.

Церковь должна существовать вечно, должна обнять собою все минувшие века, настоящее и грядущее время: жизнь Церкви – это жизнь человеческой совести, она дверь царства Божия, которое не приходит для всех заметным образом, ибо последнее внутри нас, как правда, мир и радость о Духе Святом. Эта объединенная жизнь людей живится Духом Святым, общей молитвою, таинствами. «В Церковь, как богатую сокровищницу, — говорит св. Ириний апостолы в полноте положили все то, что принадлежит истине, так что каждый человек может принимать от нея питие жизни. Она есть дверь жизни».

Без Церкви, без этого органа Божественной благодати, жизнь человеческая была бы лишена живительных сил; отрицать Церковь, значит отрицать у тела душу. И только близорукость, невидящая ничего за внешней формой, способна признать ненужность Церкви. Церковь Христова, как союз любви, как совершенно свободная  ассоциация человеческих личностей, есть союз духовный и будучи видимым обществом, она в тоже время и не от мира сего, потому что она связывается невидимыми узами со Христом и Его благодатию. И ей, как идеально-нравственному учреждению, должны быть чужды политические виды и расчеты.  Она стоит выше них. Надо постоянно помнить, что Богу-небеса, храм – Его служителю, священнику и все остальное – кесарю, государству. Конечно, не надо понимать только что сказанное совершенно в буквальном смысле, потому что Богу принадлежит все без исключения; Церковь же имеет своею обязанностью брать все от земли и возводить к небу; и наука, и искусство должны получать свою высшую санкцию здесь. В Церкви, как в фокусе, собираются единичные усилия, единичные проявления любви и все это вместе составляет одну великую силу, которая поистине способна творить чудеса: плоды организованной любви, общих стараний в одном направлении каждому очевидны и говорить на этот счет не предстоит надобности. Конечно, всякое общество ставит себе целью достижение известных успехов для своих членов в том или ином направлении; общество Христовой общины, членов Церкви, по своему назначению близится к небу, к идеальной жизни – безспорно превосходить своим величием, своим духом все существующие и имеющия существовать на земле общества. Только в Церкви Христовой истинное братство, свобода и равенство. Здесь пошлая сторона жизни сводится до своего минимума. Только в Церкви Христовой могут реализовываться мечты друзей человечества о лучшей жизни. Все другие попытки без Христа и Его Духа преобразовать жизнь, обновить формы жизни оканчивались, и разумеется окончатся гибелью, своею безрезультатностью. Церковь выше всего временнаго, преходящего, неустойчиваго.