Порабощает ли христианство личность?

Старообрядческий журнал «Церковь» в 1913 году разобрал обвинения разного рода богоборцев в том, что христианство проповедует порабощение личности. Христос даровал человеческой личности богочеловеческое достоинство. А бунтовщики пытаются представить такой дар порабощением, взамен предлагая «свободу» раба, прикованного к длинной железной цепи. Свободу пьяницы и развратника.

С самого начала христианства его обвиняли во всевозможных преступлениях и приписывали ему самые дикие учения и верования. Обвиняют христианство и в наше время. Между многими, конечно, совершенно несправедливыми обвинениями, не последнее место занимает утверждение, что христианство отвергает свободу личности. В опровержение этого утверждения хорошее объяснение христианского учения о личности дает г. Далекий Друг в журнале «Новая Земля» (№12).

Среди всевозможных предрассудков и недоразумений, связанных со словом «христианство», одним из вреднейших является общее, вкоренившееся убеждение, что христианство проповедует порабощение личности.
Все современные «бунтовщики», от великого Ницше до маленьких Арцыбашевых, – все считаются апостолами какого-то якобы нового учения о свободной человеческой индивидуальности, и потому «врагами» и разрушителями христианства.

Общество по какому-то чудовищному недоразумению сочувствует им именно, как борцам за «освобождение личности» и самым серьезным образом думает, что разухабистая философия Санина есть «реакция» против рабской христианской морали. Между тем, если и есть что-нибудь «нового» во всех современных учениях о личности, если и есть что-нибудь враждебного христианству, так это то разве, что подлинную, безграничную свободу христианского учения о личности они заменяют подделкой, мишурой, «свободой» раба, прикованного к длинной железной цепи.

Учение о личности, это — самое дорогое в христианстве. Христос в пустыне отверг рабство материальное, рабство «хлеба насущнаго» и рабство духовное — рабство «власти» – для того, чтобы провозгласить высшей ценностью человеческую личность. Он взошел на Голгофу, вознес Себя на крест, чтобы даровать человеческой личности богочеловеческое достоинство. По учению христианскому каждая человеческая душа, по тем внутренним возможностям, которые в ней заключаются, есть величайшая драгоценность, которую нельзя ни заменить, ни оплатить никакой вещественной ценностью, хотя бы для этого были собраны все богатства земли.
«Богосыновство» каждой человеческой личности есть как бы мост, который перекинут от конечного ограниченного существа человека к бесконечной сущности Бога!

Соединяясь «богосыновством» с высшим началом, человек тем самым получает возможность и достигнуть подлинной свободы, и сознать свою настоящую ценность». Подлинная свобода не в том, чтобы делать «что хочется» – можно быть рабом своих желаний, а в том, чтобы жизнь была проявление свободной бессмертной сущности человека, а не временное тление его оболочки.

Если алкоголик, весь отдавшийся своей страшной страсти, дрожащей рукой подносит к себе рюмку водки, и говорит, что он пьет, «потому что хочет», и что это и есть проявление его «свободы» – вы ему не поверите, и скажете, что он раб своей страсти, потому что она им владеет.
 
Если «свободный» господин во вкусе Санина не может хладнокровно видеть женской юбки, и унижается до того, что для удовлетворения своих грязных инстинктов готов подсматривать в женских купальнях, если господин этот скажет сам, что он делает, что хочет, потому что «свободен» – вы скажете ему, что он лжет, потому что он раб своих половых инстинктов.

Вы назовете и алкоголика и развратника рабами потому, что их желание пить водку и смотреть на купающихся женщин было проявлением низшей тленной оболочки человека, а не свободной бессмертной его сущности.
«Богосыновство», сознание себя не только как «временной вещи», но и как вечной сущности, есть необходимое условие свободы потому, что только сознав себя этой вечной сущностью — можно проявлять ее в жизни во всей полноте.

Христианство, открывая путь к настоящей свободе человеческой личности, тем самым устанавливает и настоящую ее ценность. Ибо если человек существо конечное, – то и «плата» за него не может быть «беспредельной», как бы дорого эту личность не оценивать. Только за «бесконечное» цена может быть «бесконечно дорогой». Если бы христианское учение о «личности» было принято, и принято не для виду, не «так себе», – а по-настоящему вошло бы и в плоть, и в кровь — тогда вся жизнь бы перевернулась. И произошла бы настоящая «переоценка всех ценностей».

Возьмите такой пример. На улице бумажник валяется, в нем несколько миллионов денег. И вот прохожим объявляется, что всякий желающий может этот бумажник взять и сделать своей собственностью. Как вы думаете, долго ли бы пролежал этот бумажник на улице? Можете быть уверены, что его бы сейчас же подняли. Но если бы на улице лежал брошенный ребенок и прохожим предложили бы беспрепятственно взять его на воспитание. Скорей ребенок бы умер на улице, не дождавшись своего благодетеля. И это потому так, что у людей полнейшее отсутствие сознания того, что душа ребенка бесконечно большая ценность, чем бумажник, набитый деньгами.

Общество, принявшее христианское учение о ценности человеческой личности, должно произвести коренную переоценку всех ценностей. И как сейчас все готовы забрать себе сторублевые бумажки, точно так же, только в сто, в миллион раз больше, должно явиться готовности у общества, взять к себе «возрастить» — эту высшую ценность – «человеческую душу», заключенную в валяющемся на улице ребенке. Сейчас человек «ни во что идет», он может умирать с голоду, в грязи, на морозе, может погибать от пьянства, гнить в публичных домах, – цена на человеческие души упала до ноля. Но подымите стоимость её до настоящей цены. Провозгласите вместе с христианством личность самым дорогим сокровищем, и посмотрите, как преобразится вся жизнь.

Христиане верят, что для «спасения людей» страдал Христос, что для освобождения человеческих душ и ради приобщения их к вечной жизни, то есть ради дарования им безграничной ценности Он принял крестную смерть, – так каким же безумием с точки зрения этих христиан должно было бы казаться то, что эти «освобожденные души», «бесценные сокровища» валяются под заборами, унижаются, оскорбляются, находятся в полнейшем презрении у людей. Но это никому не кажется безумием потому, что никто по-настоящему и умом, и сердцем не принимает христианского учения о человеческой личности.
Не только смехотворным русским «свободным» хулиганам вроде Санина, а и всем мудрецам вместе взятым и во сне не снилась такая захватывающая, такая полная и окончательная «свобода личности», какая дана миру Христом.

А в заключение я позволю себе привести одно изумительное место из посланий апостола Петра. Оно с пророческой силой обращено к нашему времени:

«Ибо, произнося надутое пустословие, они улавливают в плотские похоти и разврат тех, которые едва отстали от находящихся в заблуждении. Обещают им свободу, будучи сами рабы тления, ибо кто кем побежден, тот тому и раб» (2 послание Петра глава 2, ст. 18-19).

Весь обман современных борцов «за освобождение личности» заключается в подмене бесценной человеческой души низшей тленной оболочкой человека. Они ведут борьбу не за свободу души, не за личность, а за свободу низменных желаний и страстей бренного человеческого тела. Они — поклонники тленного мертвого и противники — вечного, святого, живого… .