«Голос» каждой церкви, ее проповедь: что значат колокола для современных христиан?

Это прекрасные звуки, целебные для души и для тела. Тихие или громкие, глухие или звонкие, они всегда обращают на себя внимание и неизбежно заставляют задуматься всякого, кто слышит их. На то они и рассчитаны — мелодичность звучащих колоколов устремляется прямо в душу, взывая к разуму. А сердце начинает стучать все сильнее. Информативность колокольного звона для знающих людей говорит сама за себя. Колокольный звон также неотделим от «генной памяти» русского народа, как запах дыма из трубы деревенского дома…

И для здоровых, и для болящих

Торжество и радость, грусть и печаль — что бы мы ни переживали, звучание колоколов способно поддержать нас в любом настроении. По пути в храм или из него, перед службой и после ее окончания — мы внимаем, пожалуй, самым проникновенным после собственно богослужебного пения звукам. Их можно слушать бесконечно долго, связывая каждый тип колокольного звона с тем или иным моментом нашей жизни. Радостные трезвон и перезвон можно услышать в праздничные дни (а также при совершении в храме таинств венчания или крещения), трогательный перебор мы слышим в дни, когда прощаемся с умершим в храме во время погребения, благовест созывает нас на богослужение, уведомляет, что скоро начнется служба в церкви.

Не нами придуманный, но благодарно принятый нами от давних предшественников, он стал неотъемлемой и часто важнейшей частью богослужения — он звучит во время крестных ходов и на Пасху. Он собирает на молитву и указывает на особые моменты в церковной службе, заметно выделяя их. Информативная функция — одна из главных в таком звоне. Издавна известно, что колокольный звон рассчитан не только на здоровых людей, но и на болящих, которые, не имея возможности прийти в храм, должны знать, что началась служба, и посвятить это время не праздным делам.

Первые русские колокола

История появления колоколов, а значит и звона, ради которого они созданы, уходит вглубь столетий. Египтяне, евреи, римляне хорошо знали о колокольном звоне и пользовались им для различных целей. Однако, например, ранние христиане не могли и помыслить об этом, ведь на молитву они собирались тайно и не допускали ни малейшего повода, чтобы гонители и недоброжелатели узнали об этом.

Христианские колокола, как гласят предания, появились в итальянской провинции Кампана (или Кампаниа), и поначалу назывались соответственно — кстати, в отдельных регионах России именование колоколов кампанами продолжалось до самого ХХ века.

В 988 году, как только Русь стала православной, появились и колокола. Они упоминаются в летописях того времени, а в XII веке в Киеве уже были колокололитейные мастерские — первые русские колокола были без каких бы то ни было надписей, полностью гладкими и небольших размеров.

Демонстративно сбрасывать наземь…

Но постепенно колокола начинали меняться. Новую жизнь в литейное дело вдохнул итальянец  Аристотель Фиорованти — он был инженером и приехал в Москву для организации пушечного двора со своим литейным производством. С этого времени российские колокола начинают обретать свой уникальный вид, у людей появляется особая формула для литья. Развитие колокольного дела продолжалось вплоть до времен Петра Первого, который, в целом, был довольно холоден к православию. А его увлечение военным делом спровоцировало волну изъятий колоколов из храмов и переплавку их в пушки.

Но и это прошло — следующие цари не только поддерживали литейщиков, но и лично заказывали у них колокола, чтобы преподносить их в дар тому или иному храму. Так наступило время, когда представить православный храм без колокольни и нескольких колоколов было уже нельзя.

Именно это не давало покоя советской власти, которая активно стала закрывать храмы, а колокола демонстративно сбрасывать наземь. Так за пару десятилетий в стране было уничтожено почти все, что веками бережно собиралось верующими людьми.

«Хоть просто брякай, но не отходи»

В Старообрядческой Церкви со времени начала возрождения духовности в начале 1990-х годов храмы стали восстанавливать вместе с колокольнями, которые, понятно, не должны были пустовать. Тем временем люди в приходах, не желая оставаться без колокольного звона, стали постигать его «самоуком».

— Ты хоть просто брякай, но от колоколов не отходи, а если отойдешь — вообще некому будет звонить, — завещала пожилая звонарь «молодому» шестидесятилетнему Михаилу Кузнецову из села Пристань.

Так и стал он колокольных звуков мастером — без какого-то образования, лишь с тем, что «подхватил» от своего «учителя», и что в качестве совета услышал от отца духовного.

Десятки храмов держались какое-то время на таких людях — они не отказывались, понимая, что кроме них некому, но знали, что многого дать не в силах. А общинам, часто небольшим, небогатым, без каких-то особых знаний и умений, хватало и этого.

В «кампании» колоколов

Пришло время, и на смену пожилым старообрядцам на колокольни стала подниматься молодежь. Подрастающему поколению — любопытному, интересующемуся, рвущемуся постигать что-то новое — было легче усваивать премудрости и нюансы звона, легче трудиться на свежем воздухе в любое время года, и легче карабкаться на колокольню. И из них-то стали «вырастать» пусть и не профессионалы, но вполне уверенные в себе и своих силах звонари, которые и сегодня трудятся c полной самоотдачей и уже достаточно знающие, чтобы делиться своим опытом.

Иметь своего звонаря для старообрядческого прихода сегодня — весьма почетно. Хотя бы потому, что, благодаря ему, каждая служба приобретает звучание, а значит, несет собой и проповедь. Но далеко не во всех храмах есть такие грамотные люди. Где-то колокола звучат лишь время от времени, когда хотя бы один что-то знающий человек приходит на службу. А где-то храмы подолгу остаются «безголосыми», и общины пребывают в надежде, что Господь пошлет им человека, способного заняться этим непростым и очень важным делом.

Не случайно в наши дни колокола для многих общин — это атрибут, свидетельствующий одновременно о неравнодушии прихожан, о достатке общины и ее ответственном отношении к правильной организации своего Дома Божия. В «кампании» колоколов духовная жизнь прихода становится более яркой, созидательной и проникновенной.

В ближайшее время мы продолжим «колокольную» тему, и поговорим с одним из действующих звонарей, который расскажет, как научился извлекать из колоколов прекрасные звуки, которые лечат не только душу, но и тело — медики в этом уже давно не сомневаются!