В достаточно насыщенном древлеправославном богослужении существует много обычаев, различных богослужебных предметов и различных правил о том или ином действии или предмете. Именно поэтому мы пользуемся правилом «ни убавить, ни прибавить», стараясь защитить установленный порядок. Но сегодня некоторые детали богослужения стали выходить за рамки своего использования… В этой статье мы рассмотрим некоторые домыслы на богослужебные вещи, которые составляют нашу церковную жизнь, но которые из-за этих измышлений теперь не имеют под собой ни здравого объяснения ни фактической необходимости.
Благоговение к предметам церковного обихода и назначение подручника
Дабы не посмеяться над чьим-либо религиозным чувством или формами благоговения перед богослужебными вещами, но и не позволить самочинию стать прочной традицией, попробуем в сей статье порассуждать логически, ведь христианину следует трезво разграничивать священные вещи от вспомогательных. Например, святая икона, Чаша, свеча, богослужебная книга, подручник. Сможем ли мы сами расположить предметы в порядке их предназначения, а тем более святости? Думаю, труда никакого это не составит — все эти вещи имеют свое строгое предназначение и о них написано в божественных книгах. Христианин не положит в неположенное место святыню, не поставит божественную книгу на пол (даже будь то складом) и так далее. К предметам, которые соприкасаются со святыней мы имеем особое благоговение, не используем их как попало. Именно поэтому о всякой вещи нужно иметь правильное рассуждение и знание, чтобы не плодить неграмотность.
Вот как используются некоторые предметы церковного обихода и что мы с ними делаем: Чашу — целуем по Причастии, икону — целуем во время полиелеоса или общего прикладывания, свечу с благоговением ставим перед образом, старое лампадное масло переливаем в святой колодец, подручник же — постилаем на пол…
Итак, зайдя в храм, мы встречаем подручники — небольшие коврики разных расцветок и рисунков. Единственное предназначение их — сохранять руки (а иногда и колени) молящегося чистыми. Некоторые подстилают под ноги их и на Мариино стояние. Впрочем, были случаи, что подручник служил украшением храма, что вполне допустимо. Например, на Рогожском сохранились дореволюционные подручники с вышивкой на лицевой стороне (цветы и растительный орнамент). Сейчас же многие подручники изображаются в виде сшитых между собой квадратов и треугольников (а иногда и просто простеганы нитью). В таком изображении легко узнается деревенская традиция лоскутного шитья. Единственное, что можно сказать о благоговении к подручнику — не топтать его ногами, следить, чтобы дети не ходили по ним, ведь их нужно содержать в чистоте. Раз в год — стирать, чтобы они не засаливались (что тогда говорить о гигиене рук) и не темнели. Как мы видим, использование подручника — практическое, в отличие от выносной свечи, использование которой — символическое.
Тем не менее, многие люди начинают «растолковывать» подручник, переводя его из простой подстилки в вещь вполне сообразную иконе. «В центре — Земля (либо еще круче — «Христос»), подле нее — апостолы, треугольников которых должно быть именно 12, а квадратики по углам — Евангелия, соединенные полосами воедино.» От части такое мнение справедливо, ведь мы действительно понимаем, что Евангелие и апостольские послания проповеданы по всей земле (или учение Христа распространилось апостолами). Однако, не стоит забывать, что апостолов кроме первых учеников Господа (по предательстве Иуды 11, а после Вознесения Господа — избрание 12-го) было гораздо больше — апостолы от 70-ти, многие из которых также видели Христа, а сколько было равноапостольных, в том числе тех, которые тысячелетие спустя проповедовали Евангелие? И у всех учение Господа согласуется с первоисточниками. В данном случае эта символика выглядит довольно слабо.
Как подстилка для рук захотела стать символической иконой
В принципе, Церкви не чужд символизм, но символизм символизму рознь… К примеру, вынесение свечи. Ее свет означает проповедь пророков перед Христом, это описано в толковании божественной службы и литургии (свет от Евангелия — Истинного учения Божия). В символизме скрывается не только богословский смысл, но и практическое применение, которое не противоречит толкованию и исполнению. Здесь же, в таком «богословском» подручнике, отсутствует практическое применение, ведь если мы говорим, что на подручнике изображены апостолы, то тогда нельзя класть такой «образ» на землю. Это было бы равносильно тому, что на пол положат икону апостолов (с Господом) и будут касаться ее головой. Земной поклон — это прежде всего образ смирения перед Богом. Постижение же догматов Церкви начинается со Священного Писания, Закона Божия, а не с треугольников на подручнике… неплохо бы тогда добавить треугольников по количеству святых отцов, Соборов, ведь мы же не только Апостольская, но и Соборная Святая Церковь, а святых отцов, которые нам об этой Церкви рассказали и закрепили канонами — большое количество. И потом, если прикладывать что-либо к голове, то знаний от этого не прибавится. Веру и церковный разум по справедливости должен проповедовать священнослужитель.
Вероятное объяснение этому — поклонение учению святых апостолов. Но если трезво взглянуть на вещи, поклонение должно быть не в такой форме, которое близко скорее к языческому обычаю поклонения, а в форме познания учения Господа и святых апостолов, в форме исполнения его в жизни. Не прослеживается логика, так как поклонение начинается с головы, ментальности — образа мышления христианина, с разумных действий (чему, собственно, всегда и учит Церковь при встречном от человека желании). Вероятно, что этот обычай считать коврик для чистоты рук символической иконой, проник в Церковь извне, так как ни «Церковное Око», ни «Сын церковный», ни тем более «Устав» свт. Арсения такой информации о коврике для рук не содержат. Из перечисленных источников только «Око» говорит нам о том, что во время земного поклона, руки кладутся на коврик (рогожу, т. е. подстилку), однако нигде не приводится «толкование» на подручник.
Вполне возможно, раз наши источники не указывают нигде о подручнике (кроме тех, которые стали сейчас штамповать повсеместно), то эти «околобогословские измышления» появились в среде близкой протестанству. Ведь такое богословие возникает тогда, когда при серьезном недостатке богословских знаний, знания о спасении в Церкви, отсутствует и святыня, где Божие соприкасается с человеком. Тем временем, человек, лишенный этого понимания Церкви и благодати, начинает восполнять этот пробел измышлениями, придумывает из предмета новую святыню, ранее ей не являвшимся. Это становится в некотором смысле даже идолопоклонством.
Церковное Око (Большой Устав), в котором находится большая часть богослужебного Типикона (порядка богослужения), является гарантом богослужебных обычаев Древлеправославной Церкви Христовой. А кроме этого, таким же гарантом является замечательное исследование литургики нашей Церкви святителя Арсения, епископа Уральского — «Устав Арсения Уральского». К «Правилам благочестивого поведения в Доме Божием» есть ряд вопросов из-за литургического несоответствия, но об этой книге поговорим позже. Изучая эти источники («Устав» будет намного проще и понятнее, особенно если пользоваться оглавлением), мы можем судить о правильности или неправильности обычая. Итак, мы выяснили, что некоторые «неписанные» обычаи не имеют под собой не только источников, но и логического объяснения, а потому бесполезны в деле спасения человека. Будьте бдительными и «исследуйте Писание».
| Автор(ы): | Чтец Даниил Андрюков |
|---|