Старообрядцы на Урале возродили исторический крестный ход на так называемые Веселые горы к месту, где жили и упокоились местночтимые иноки Максим, Герман, Павел и Григорий. Каждый из них своим кротким образом жизни и горячей верой снискал большую любовь среди древлеправославных христиан. В июле на исходе Петрова поста верующие прошли несколько километров по тайге к могиле одного из черноризцев на территории Висимского заповедника. Там их ждал «братский» сюрприз.
Ярко, торжественно и массово
Староверы из Екатеринбурга, Нижнего Тагила, Невьянска, Березовского и даже из Орловской области собрались в июле на крестный ход, который готовился около десяти лет, но который официально не совершался уже около полувека. Отдельные христиане в последние годы, конечно, ходили к святым местам в окрестностях Невьянска и Кировграда, но лишь небольшими группами и редко. Фактически традиция была утрачена.
Однако в этом году здесь собралось духовенство в лице священника Павла Зырянова и диаконов Антония Слепушкина, Аваакума Рахимова и Александра Ревякина в облачении, паломники с иконами и хоругвами. Шествие сопровождалось совершением молебна — крестный ход проходил ярко, торжественно и массово. Скорее всего, именно так, как это бывало в стародавние времена.
Местночтимые иноки
Веселые горы были и остаются известны среди старообрядцев всех согласий России, но особенно — у часовенных и белокриницких, которые пронесли свою любовь к могилам просиявших здесь иноков через века. Из газеты «Пермские губернские ведомости» за 1909 год мы узнаем, что за летние месяцы в этих местах успевало побывать до 15 тысяч христиан со всего Урала, из Зауралья и Сибири.
— Наибольший наплыв паломников наблюдается к 29 июня, дню памяти инока Павла, — говорится в заметке. — К этому дню сюда собираются целые тысячи паломников из разных концов России, и здесь на могилах иноков в течение трех дней совершается торжественное служение.
Стоит отметить: называть иноков Максима, Григория, Павла и Германа святыми не совсем корректно. Формально в те времена, когда массовое паломничество к их могилам только начиналось, процедуры поднятия и освидетельствования их мощей вряд ли проводились, а если и было это сделано, то описаний для истории не сохранилось, да и соборно в масштабах всей Церкви вопросы их канонизации вряд ли поднимались. Зато известно, что каждый из них был ярким старообрядцем своего времени, авторитетным иноком, который вел праведный образ жизни. Поэтому сегодня они почитаются, как местночтимые иноки, слава о которых распространена среди многих старообрядцев России.
«Посещение могил… весьма желательно»
Активно приходить на могилы уральских иноков верующие стали с начала XIX века — вскоре после смерти последнего из черноризцев. Традиция ежегодного посещения этих могил настолько прижилась, что в протоколе решений Собора Пермь-Уральской епархии 1927 года было зафиксировано: «Ежегодное посещение могил иноков на Веселых горах весьма желательно, как священнослужителями, так и мирянами; для чего нужно после Пасхи напоминать в приходах после богослужения о времени посещения могил, где происходит божественная служба». Причем особые требования касались «ближайших к месту могил общин»: Верхнего Тагила, Таволог, Башкарки, Сарапулки, городов Нижнего Тагила и Свердловска, «дабы не менее двух священников являлись туда для совершения богослужения и ведения проповеди среди часовенных и других согласий».
Как и пятьдесят лет назад…
Последние десять лет на Урале формировалась группа людей, которая, с одной стороны, не хотела бы ограничиваться в своей духовной жизни только богослужениями в храме, при этом пусть и поверхностно, но уже знала историю уральского и российского старообрядчества о том, что на протяжении долгих лет в тайге на знаковом хребте страны десятки тысяч древлеправославных христиан собирались в массовое паломничество.
И вот, как и пятьдесят лет назад (сведения о последних массовых крестных ходах относятся к семидесятым годам ХХ века), старообрядцы из уральских приходов решились повторить фрагмент исторического крестного хода. Часть — потому что в наши дни найти желающих полностью обойти святые могилы за раз, преодолев десятки километров пути и потратив на это несколько дней, довольно сложно. Затруднил бы такое продолжительное паломничество и рельеф — здесь он горный, со значительными перепадами высот, так что пожилые люди вряд ли справились бы с такой нагрузкой. Впрочем, уже и такое событие — крестный ход к одной из могил — довольно знаковое, потому что впервые в новейшей истории верующие столь массово собрались на стихийное мероприятие вне стен храма. Все «вооружились» питьевой водой — в начале июля на Среднем Урале традиционно стоит жара — и вскоре крестный ход начался. После общего «начала» и чтения Трисвятого и по «Отче наш» священник дал указание хоругвеносцам начинать шествие. По влажной после прошедшего дождя земле начинаем движение по заметной колее, проложенной по таежному лесу, тишину которого нарушают звучащие молитвы. Обходим лужи, перешагиваем камни, «уклоняемся» от еловых веток. Примерно через километр дорога начинает сначала незаметно, но потом все более явно «забирать» вверх…
«Был мощнейшим иконописцем»
В давнем прошлом в такие же июльские дни и именно во время Петровского поста сюда ежегодно совершали свои массовые паломничества старообрядцы часовенного согласия. Они тысячами собирались с разных сторон и шли лесами, «закладывая» для своих путь-шествий до двух недель. За это время они успевали преодолеть десятки километров по лесным дорогам, стараясь при этом прятаться от следящих за ними властей. Они совершали бесчисленное количество богослужений и, духовно пообщавшись, расходились и разъезжались до следующего лета.
Могила отца Григория по-особому почиталась старообрядцами, потому посетить ее решено было так массово. По словам одного из участников крестного хода Павла Петрова, отец Григорий «был мощнейшим для своего времени иконописцем» — вероятно, потому и снискал любовь верующих.
— Помимо иноческого служения в своем скиту, в очень живописном месте Веселых гор, на высоте, на поляне возле гряды высоких и красивых скальных выступов, он вдохновлялся, и с молитвой писал иконы, — рассказывает Павел, отмечая, что часть образов из-под пера отца Григория со временем была отправлена в духовный центр часовенного согласия староверов — на енисейский Дубчес, где и хранятся по сей день.
Как нас староверы-часовенные встретили
Именно старообрядцы часовенного согласия непрерывно берегут традицию — год за годом они посещают святые могилы, невзирая на государственный строй, капризы погоды и природные катаклизмы. С братьями-часовенными и суждено было встретиться участникам нашего крестного хода — на подходе к могиле тайга наполнилась запахом кострового дыма, а вскоре на дорожке перед паломниками показались и первые соглядатаи — маленькие староверы, которые как-будто с удивлением взирали на наше шествие, но уже вскоре разбежались, очевидно, чтобы предупредить отцов и дедов о нашем приходе. Вскоре мы увидели скопление туристических палаток, грузовик, на котором, очевидно, был доставлен сюда скарб, грубо сколоченные столы для трапезы. По ощущениям, здесь успели разместиться до ста человек.
…Взрослые встретили нас настороженно. На приветствие священника и на поздравление с воскресным днем среагировали сдержанно, дежурно отвечали «Доброго здоровья», но ничего другого не говорили, хотя напряжение в воздухе чувствовалось вполне явно. Но что поделать? Место общедоступно и в равной степени свято и дорого для нескольких ветвей старообрядчества. И потому, пока отец Павел кадил могилу, а все мы поочередно кланялись отцу Григорию, людям, готовящим трапезу, сидящим за столами, прогуливающимся по лесу или стоящим у деревьев со скрещенными на груди руками ничего не оставалось, как молча созерцать происходящее.
Один счастливее других
Надолго мы не задержались. Попрощались с «братией» и двинулись к скальному массиву, где, вероятно, и жил в каменной келье инок Григорий. Здесь устроили привал с фотографированием на том самом месте, где запечатлены были и наши предшественники в ХХ веке. Замшелые скалы, труднопроходимый лес с буреломом — именно такие места выбирали отшельники, чтобы избегать излишнего к себе внимания и спасать душу молитвой и аскетичной жизнью.
Инока Павла, кстати, мы тоже почтили — в прошлом году на пути к его могиле установили единый для иноков Веселых гор поклонный крест. Могилы отцов Павла и Григория находятся на максимальном удалении, в отличие от места упокоения иноков Максима и Германа, которые легкодоступны, но которые, однако, посещаются староверами в наши дни значительно меньше.
— Постараемся сделать этот крестный ход ежегодным, — отметил в конце пути отец Павел Зырянов.
Слегка уставшие, но радостные от сопричастности к важному духовному делу старообрядцы не возражали. Один из них — не по годам оптимистичный Мефодий Тюкин. Он много лет предлагал возобновить этот крестный ход, и потому был, кажется, счастливее других, потому что сумел убедить верующих в том, как это важно.
| Автор(ы): | Максим Гусев |
|---|---|
| Медиа: | Максим Гусев, uraloved.ru |