«Пока гром не грянет — мужик не перекрестится…» Известная русская пословица, к сожалению, остается актуальной и в наши дни, когда применить ее можно если и не ко многим, то уж точно к некоторым прихожанам старообрядческих храмов. Одни из-за горя, другие из страха, третьи еще по какой-то причине зачастят вдруг в церковь. И ладно, если остались, влились в общину и обрели гармонию. Но находятся и те, кто, получив желаемое от Бога, вскоре снова забывают Его…
Зачастил в храм, а потом…
Он был авторитетным врачом, заведующим отделением городской больницы. Его уважали. К нему приходили за советом, обращались за помощью… Но, насколько богомольными были его мать и жена, настолько равнодушным к вере был он сам — он считал, что ему вроде и не по статусу ходить в церковь. Да и зачем — все у него получается, он успешен, удачен?! Но то ли слабину он дал, то ли подставили его завистники, однако же однажды попался он… на взятке! Завели уголовное дело.
И как будто подменили человека! Зачастил вдруг в церковь, на Литургии стоял с самого начала и до конца, не шелохнувшись. Молился. Переживал. После службы не убегал — общался с другими прихожанами, делился, просил о молитвенной поддержке, искал тех, кто мог бы помочь ему справиться с проблемой неформально.
В храм стал ездить каждое воскресенье. И так продолжалось месяца полтора, пока шло следствие. А потом вдруг снова пропал и больше в храм не вернулся. Уголовное дело закрыли — окружающие считали, что Бог помог, а сам Аркадий был уверен, что все случилось потому, что его и впрямь подставили. Впрочем, что он думал и как, никто уже уточнить не мог. В храме больше мужчина не появляется, уже лет пять.
Посвятить себя Богу
Но есть люди — их, к счастью, гораздо больше — кого горе приводит в Церковь раз и навсегда. Они и прежде были верующими, но после единожды пережитой беды стали подвижниками в меру своих сил и возможностей,
Похоронив дочь и внучку, погибших в результате трагических обстоятельств, Татьяна (имя изменено) стала активной прихожанкой. Она могла пропускать богослужения, пока трудилась на светской работе, но с выходом на пенсию решила, что должна посвятить себя Богу и совершению добрых дел.
А применение себе нашла в трапезной. Она прекрасно готовила, не терялась даже тогда, когда надо было спешно приготовить обед не на один десяток прихожан, и так у нее ладно все получалось, что духовный отец только ей стал доверять организацию застолий на престольные и другие праздники, и даже на свой юбилей, на котором собралось множество духовных гостей, сонм чтущих и поющих.
И она рада была стараться! Знала, что труды ее — не только за будущее своей души, но и за покойных безвременно ушедших родных, которых оплакивала всю оставшуюся жизнь.
За свои труды она удостоилась, что погребение над ней совершали два священника, а народу — и прихожан, и коллег по работе — было столько, что храм с трудом вместил всех желающих проститься с ней…
Смерть дочери не подкосила…
Вообще, потеря детей, происходящая подчас вопреки всей логике человеческой жизни, для многих оказывается ударом настолько сильным, что отойти от него нигде, кроме Церкви, не удается. Теряют и совсем малышей, и взрослых, уже самостоятельных, а часто и успевших обзавестись семьями «кровинушек».
Василий Алексеевич — один из них. Когда Бог «прибрал» единственную дочку, к сожалению, далекую от веры, но успевшую подарить ему двух внуков, он стоически перенес потерю. Больше месяца с супругой и внучатами едва ли не жил на кладбище, благоустраивая могилу дочери и в этом находя утешение. Сердце у него лишь немного успокоилось, когда духовный отец по личному распоряжению епархиального архиерея отпел усопшую рабу Божию. Но эти события так ударили по нему, что храм стал для Василия вторым домом. Он не пропускал ни одной службы, старался приехать раньше, чтобы зимой разгрести снег до прихода молящихся, а летом выполнить какие-нибудь работы по хозяйству. И даже когда занемог — сердце дало сбой, случился инфаркт — не отказался от привычного образа жизни.
Но и внучат не оставлял — он водил их в храм, приучая к вере, которую свято считал истинной — да и могло ли быть иначе, если в роду у него были крепкие кержаки? — рассказывал о благочестивых предках-старообрядцах, учил внуков молиться, читать псалмы и, в целом, любить сей образ жизни с длинными многочасовыми богослужениями, строгими постами в смирении, терпении и любви.
Сын пришел «на смену» отцу
Впрочем, часто бывает и наоборот. При жизни родителям не удается добиться, чтобы сыновья и дочки регулярно бывали в храме. Но смерть — этакая черта между прошлым и будущим наших близких — расставляет все по местам. Дети и внуки, редко посещающие храм или не бывающие в нем и вовсе, увидев трогательное церковное погребение, а иногда памятуя и о завете ушедшего в мир иной родного человека, круто меняют образ жизни. Приходят в храм раз, другой, третий, скорбя и моля Бога и постепенно вдруг втягиваются настолько, что становятся полноценными прихожанами.
Так было, к примеру, у Романа. Родители — постоянные прихожане, пусть и не особенно активные. Сына крестили, а позже он венчался с супругой, но дальше того в его жизнь вера до поры до времени не проникала.
Вдруг умирает отец. Скоропостижно, неожиданно, больно. Ударом для Романа стала не только смерть отца, но и незнание, как быть дальше. Родные и знакомые призывали: мол, ты из крепкого корня, пора взяться за голову: «Без Бога — не до порога». Но перестроить свою жизнь резко он не мог. Впрочем, до него достучались — постепенно он начал делать шаги к вере. Сначала стал ходить по праздникам, потом и по рядовым воскресеньям, уже и ко Причастию приступил. Так молодые люди приходят на смену своим уходящим родственникам.
Из язычества — в РПсЦ
У Марины родни среди старообрядцев не было. В юности она увлекалась сначала магией, потом переключилась на язычество. И по молодости выскочила замуж за такого же увлеченного, но ни в чем неуверенного парня. Родила ребенка. Супруг со временем стал вести себя неадекватно, пока не выяснилось, что у него шизофрения и находиться с ним попросту опасно.
Она и сама с трудом припоминает теперь, как протоптала свою тропинку к старообрядческому храму. Но сделала это! Пришла сначала как на экскурсию, а потом… задержалась на всю жизнь. Привела к вере детей от первого мужа и счастлива в новом — христианском, законном — браке, который принес ей еще больше материнского счастья. Теперь — активная прихожанка, уверенная клирошанка, счастливая супруга и заботливая мать.
Общины не одиноких христиан
Михаил тоже пришел в церковь после трагедии — умер долгожданный первенец, после чего семья (они с супругой были не венчаны) распалась. Он не очень любит вспоминать об этом, но рассказывает, что это заставило его прийти в храм, принять крещение и по новому осмыслить все, что с ним происходило. Он увидел в этом промысел Божий, высшую мудрость, которые позволили ему успокоиться. Спустя годы он сменил город проживания, а позже нашел в новой общине невесту и вновь создал семью, в которой нашел утешение, спокойствие и радость.
…А многие приходят к вере просто так — им Господь вроде бы и знаков никаких не посылает, но люди ищут себе духовное пристанище и находят его. Одни приходят в Церковь от беспоповцев — в поисках таинств, кто-то — из других конфессий, разочаровавшись в них, третьи впервые открывают для себя духовность именно в Старообрядческой Церкви, не имея за плечами никакого религиозного опыта. Из таких разных людей часто и состоят общины верующих, которые теперь не одиноки в своих проблемах и живут не только своими, но и общими интересами.
| Медиа: | Максим Гусев |
|---|