Храм Успения Пресвятой Богородицы — не больше, чем в полукилометре от стен старого Иерусалима, можно сказать, сразу за Гефсиманским садом. Но этом сегодня, а тогда все это был сад, который невероятно изменился Место сколь таинственное, столь и значимое для всего христианского мира: здесь окончила свои земные дни Богородица. Корреспондент интернет-портала «Старообрядцы» побывал в святом месте и делится с читателями своими впечатлениями, которые, как казалось поначалу, словами не передать...
Все ближе к истории
Прохладно. Внутри сразу же у входа царит мрак, озаряемый лишь светом, который падает через проем двери, да освещаемый огоньками многочисленных тут лампад, которыми увешано едва ли не каждое пустое место — того и гляди, заденешь головой. Каменные ступени ведут глубоко вниз — я спускаюсь метров на десять, где, оказывается, и находится место святого Успения. Кстати, сам этот праздник некоторые верующие зовут «богородичной Пасхой», и в этом есть определенный смысл. Шаг за шагом я все ближе оказываюсь к истории, которую все мы вспоминаем в конце августа…
Народ разогнать, тело сжечь
После Вознесения Христа Богородица жила в Иерусалиме и многократно посещала Голгофу, где был распят Исус. И как-то во время молитвы Марии явился архангел Гавриил и возвестил: «Сын Твой и Бог Наш приимет Тебя, Матерь Свою, в небесное царство, чтобы Ты жила и царствовала с Ним бесконечное время». Известно, что в момент упокоения Марии заблистал невероятный свет: это сам Христос явился, чтобы забрать душу Матери в небесные чертоги. По библейскому преданию, траурная процессия, состоящая из множества людей, направилась к месту запланированного погребения, в Гефсиманский сад. Однако первосвященники, увидев, сколько собралось народу и какие почести они воздают Деве Марии, потребовали от охраны народ разогнать, а сами тело сжечь. Они и не предполагали, что их кощунственные слова станут причиной чуда: с неба тут же сошло облако, и объяло людей. Стражники слышали шаги и звучащие молитвы собравшихся, но не видели ни одного человека! Некоторые особо рьяные недоброжелатели в этот момент ослепли.
Глубоко под землей
Иду медленно, а монах, сидящий тут, провожает меня добрым взглядом, наполненным, как мне показалось, теплом и простой одухотворенностью. Хватает же у него терпения смотреть так добродушно и гостеприимно на каждого туриста, коих в Святом городе, — тысячи ежедневно и миллионы в год! Или это только мне так повезло?
Внизу заметно прохладнее, а вот дышать тяжело: воздух спертый — сразу понятно, что мы находимся глубокого под землей! Наверху — жарко, а тут довольно тепло — и от свечей, и от лампад, и от отсутствия вентиляции. Но разве думаешь об этом, оказавшись в святом месте?! В годы жизни Богородицы никакого подземелья, конечно, не было. Все это — культурный слой, «выросший» за пару тысячелетий, и создавший атмосферу таинственности.
Всякий невольно склоняется
Под сводами подземного храма стоит небольшая часовня со входом ко гробу Богородицы. Но сюда не возможно зайти, если не нагнуться. И так, получается, что всякий невольно склоняется перед местом блаженного упокоения владычицы нашей. Само место — это камень, подобный тому, который можно увидеть в кувуклии — в Гробе Господнем, о котором подробнее мы поговорим в свое время. Правда, здесь, в отличие от места телесной смерти Господа нашего, удивительная тишина и спокойствие.
То ли мне так повезло, то ли гробница Богородицы не столь популярна у паломников, но в момент моего здесь присутствия не было вообще никого. Никто не торопил меня освободить это место, но я и сам не стал тут надолго задерживаться. Зачем?
Но все же успел вернуться к мысли о том, что не так популярно это место у паломников. Да тем оно и лучше: в тишине и спокойствии можно поразмыслить о многом, но прежде всего — о том, что верим мы не в какие-то выдуманные истории, которых может и не существовало вовсе, а во вполне реальные, которые происходили в святом городе две тысячи лет назад. И все, о чем большинство из нас знает только по Писанию, было и существовало, более того — святыни сохранены и поныне.
— Пресвятая Госпоже Богородице услыши молитву раба Своего, молящегося тебе, — земно кланяюсь я месту, ставшему последним в земной жизни Девы Марии, и прикладываюсь к самому гробу.
Неизгладимое впечатление
А позже, выйдя из часовни обратно в пещеру, останавливаюсь. Присаживаюсь на специально размещенную здесь лавку, покрытую ковриком. Молчу, осмысляя значимость места, о котором многим доводится лишь читать. Осматриваюсь: это только при входе в храм с яркого солнечного света кажется, что здесь полумрак. На самом деле, место сие озарено огнями свечей — здесь размещаются и ярко написанные, но, похоже, без чрезмерной картинности иконы. Некоторые лампады погасли. Люди — такие же паломники, как и я — о чем-то переговариваются вполголоса. И вся эта атмосфера явно производит на человека неизгладимое впечатление. «Я же об этом только читал», — снова и снова бьется в моей голове мысль, которая вдруг обрела вполне четкие и конкретные очертания.
Не каждому суждено побывать
Две тысячи лет назад на этой земле и в пещерах под ней происходили важнейшие события, которые были обречены становиться великими. Надо мной толща скального массива, который прочно и надежно оберегает святыню. Жаль только, что к ней некоторые идут также, как ходят наверху — кто-то в шортах и майках, а женщины даже и в брюках, с непокрытыми головами и открытыми плечами.
Под этими темными сводами думаешь о жизни и смерти, и ловишь себя на мысли, что далеко не каждому суждено тут побывать. И, наверное, у тех вера сильнее, кто не видел, но уверовал. А мне сейчас остается лишь рассказывать о том, к чему я приобщился, и показывать эти снимки — здесь ходила Богородица, блаженное Успение которой сегодня мы чтим, и которому земно кланяемся.
| Автор(ы): | Максим Гусев |
|---|---|
| Медиа: | Максим Гусев |